4 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Что будет с экономикой России

Реальная экономика России: рецессия, падение доходов, рост налогов

Экономические «догонялки». Рост ВВП в странах, которые входят в Организацию экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), во втором квартале текущего года ускорился на 0,6%.

Экономические «догонялки». Рост ВВП в странах, которые входят в Организацию экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), во втором квартале текущего года ускорился на 0,6%.

Для нашей страны это, увы, пока недостижимые темпы развития. Россия фактически буксует на одном месте, а в ближайшей перспективе рискует и вовсе сорваться в пропасть рецессии, говорят эксперты. У Росстата остается всё меньше возможностей для манипуляции статистикой.

«Это экономическое отставание от мира, от среднемировых темпов экономического развития. Причем как от многих развитых стран, так и от стран динамично развивающихся, — указал Царьграду президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов. — Если среднемировые темпы роста — это 3,5-4%, то в ближайшее время мы не можем рассчитывать на что-то лучшее, чем 0,2%, в зависимости от степени оптимизма прогнозирующих».

Бодрости духа поубавилось даже у самого оптимистичного ведомства федерального правительства – Минэкономразвития. Максим Орешкин и его подчиненные, скорее всего, ухудшат ожидания по росту ВВП России до 1,8%.

Макропрогноз, рассчитанный до 2024 года, будет представлен со дня на день. Задача, поставленная президентом по росту экономики темпами выше среднемировых, звучит как мантра. Однако как этого достичь – вопрос открытый.

«В настоящее время правительство продолжает вырабатывать и постепенно приступает к реализации всё новых и новых изменений, которые как раз и будут обеспечивать рост экономики темпами выше среднемировых, — заявил министр экономического развития России Максим Орешкин. — В первую очередь, речь идёт о программе цифровой экономики, повышении конкурентоспособности российских городов и о целом ряде других проектов. Отмечу также, что пока мы в базовый сценарий закладываем консервативный эффект даже от тех мер, которые уже начали внедряться».

Максим Орешкин. Фото: www.globallookpress.com

Из мер, которые уже начали внедряться, особняком стоит повышение НДС с 18 до 20%. В прогнозе Минэкономразвития говорится, что эта мера повлечет ускорение инфляции уже в текущем году с 3,1 до 3,4%. А это, в свою очередь, приведет к сдерживанию, если не сказать, замедлению экономического роста страны.

Впрочем, эксперты считают, что стоит бояться отставания не от других стран мира, а от самих себя. В первую очередь, речь идёт о диспаритете социального и экономического развития.

«Наш уровень социального развития ниже, чем наш уровень экономического развития, — отметил господин Ремизов. — Если посмотреть, скажем, на российский ВВП, по паритету покупательной способности мы входим в первую десятку. Но по номинальному выражению 11 — 12-е место. Даже подушевой ВВП — мы в первой, верхней трети стран.

Если посмотреть на социальные показатели, рейтинги, такие как средняя ожидаемая продолжительность жизни – мы в нижней трети стран. Уровень распространенности социальных и медицинских эпидемий, алкоголизм, наркомания, ВИЧ и так далее — мы тоже в нижней трети стран болтаемся где-то неприемлемо низко. Неравенство, поляризация общества — тоже в нижней трети стран.

Качество государственного управления и так далее. Некий уровень коммуникационной освоенности пространства даже в густонаселенных районах страны — тоже мы сильно ниже, чем страны с сопоставимым уровнем экономического развития».

Специалисты уверены, подтянуть показатели экономического роста сложно, но можно. В числе действенных мер – вложения в инфраструктуру. На эти цели в ближайшие 6 лет планируется направить 7 триллионов рублей. Впрочем, цифра пока еще не была утверждена правительством страны.

«Если этой инфраструктуры не появится, темпы нашего экономического роста так и останутся в пределах 2% в год, — заявил в программе «Пронько. Экономика» экс-замминистра экономического развития, учёный-экономист Михаил Дмитриев. — И это значит, что Россия будет отставать не только от стран со средним уровнем развития, не только от средних темпов мировой экономики, но даже от темпов развития США, которые развиваются не слишком быстро, потому что это развитая страна».

Экономист указал, что это неприемлемо для всей страны. «Это неприемлемо для наших граждан, потому что их доходы и уровень жизни будут отставать от среднемировых. И это неприемлемо для российской элиты. Я думаю, что именно это сейчас и повысило приоритетность инфраструктуры буквально до 3-4 наиболее значимых проблем в российской экономике», — заключил эксперт.

Россия сегодня растет на весьма скромные 1,6%, что вдвое ниже среднемировых темпов. Нашей стране, стоящей на рельсах либерального консерватизма, всё сложнее догонять мировую экономику. За минувший квартал самое серьёзное ускорение показали Соединенные Штаты. Там толчком к увеличению ВВП стали крупнейшая за последние десятилетия налоговая реформа, а также представленный план по государственным расходам.

Выросла и Япония, экономика которой многие годы переживала кризис старения. Объективные данные говорят о том, что даже африканские страны показывают пример динамичного развития и по некоторым параметрам могут даже дать фору нашей стране.

Это хорошо отслеживается на примере зарплат. Российский гражданин в среднем получает на руки $615. При этом разброс по территориям наблюдается значительный.

Так, в прошлом году в Дагестане трудящийся зарабатывал в среднем $289, что примерно соответствует показателю пребывающей до сих пор в гражданской войне Ливии. Зарплата в Тамбовской области была такой же, как в Гане, — $316. Средняя оплата труда в Мавритании равнялась получке в Ростовской, Тверской и Новгородской областях.

Уровень финансового благополучия оказывает влияние на продолжительность жизни. В среднем гражданин России сейчас живёт 71 год. Это на 2 года меньше, чем в Египте, на 5 лет меньше, чем в Тунисе, и на целых 6 лет дольше живёт среднестатистический алжирец.

Задачу, которую поставил президент по повышению темпов роста экономики выше среднемировых, а, соответственно, и улучшению благосостояния граждан страны, еще можно выполнить, считают эксперты, но для этого федеральным чиновникам придётся развернуться на 180 градусов. Ведь сокращение социальных расходов, ужесточение налоговой политики и поощрение олигархических аппетитов – верный путь в рецессию.

Кому эпидемия пошла на пользу: Провал экономики спишут на коронавирус

Минэкономразвития улучшило прогноз по ВВП на 2020-й, но вряд ли собирается его выполнять

Минэкономразвития подготовило и разослало на согласование уточненный прогноз социально-экономического развития РФ на 2020−2024 годы, в котором улучшены основные макроэкономические показатели. Как сообщил «Интерфакс», в распоряжении которого оказался документ, в нем учли итоги 2019 года и поручения президента Федеральному собранию. До 11 февраля Минфин должен будет представить в правительство уточненный бюджет на трехлетку с учетом нового прогноза.

Прежде всего, в базовом сценарии обновленного прогноза рост ВВП должен составить 1,9% вместо 1,7%.

Читать еще:  Почему выпадают нарощенные ресницы

«Ожидаемый темп роста ВВП на 2020 год был повышен по сравнению с базовым вариантом сентябрьского прогноза с учетом оценки эффекта мер, содержащихся в послании президента РФ Федеральному собранию», — цитирует источник прогноз Минэкономразвития.

Прогноз по росту ВВП на 2021−2024 годы остался прежним — 3,1% в 2021 году, 3,2% в 2022 году, 3,3% в 2023—2024 годах.

Повышены также ожидания по росту реальных доходов населения — с 1,5% до 1,9%. Прогноз роста оборота розничной торговли на 2020 год увеличен сразу в два раза — до 1,3% с 0,6%. Это произошло на фоне повышения министерством своего же прогноза по росту потребительских кредитов в 2020 году с 4% до 10% в предыдущей сентябрьской версии. При этом предыдущее правительство высказывалось против роста необеспеченного потребительского кредитования и активно выступало за его сокращение.

Улучшение прогнозной динамики потребительской активности связано с дополнительными мерами социальной поддержки, озвученной президентом в Федеральном послании.

Впрочем, несмотря на довольно оптимистичный прогноз, похоже, что министерство оставляет для себя лазейку на случай его невыполнения. Так, основным риском для прогноза социально-экономического развития названо ухудшение ситуации из-за нового коронавируса.

«Ключевым риском текущего прогноза является возможность ухудшения ситуации в мировой экономике, в том числе в краткосрочной перспективе в связи с ухудшением эпидемиологической обстановки и связанным с ним снижением темпов роста экономики Китая и негативной реакцией финансовых рынков», — говорится в документе.

Не исключено, что в случае провала в экономическом плане, все можно будет списать на коронавирус, замедление глобальной экономики, падение цен на сырье (а нефть уже упала до 56 долл. за барр. Brent). Причем, как считает глава «Союза предпринимателей и арендаторов России» Андрей Бунич, воспользоваться таким оправданием могут не только российские власти, но и другие государства и международные организации.

Не случайно аналитики рейтингового агенства Moody’s уже назвали коронавирус черным лебедем этого года, а китайские власти, напротив, сочли чрезмерными ограничения, которые некоторые страны, особенно США, ввели из-за вспышки вируса.

— Нет сомнений, что наши власти будут использовать коронавирус по максимуму, — считает Андрей Бунич. — Нам в любом случае скажут, что возникли трудности в связи с замедлением мировой экономики. Ссылки на эпидемию будут очень активными, поскольку это просто подарок судьбы. Обещали ускорение роста, а теперь есть повод все эти обещания обнулить, и жаловаться не на кого. Все сошлось.

Причем это касается не только России. Коронавирус очень удачно появился в нужное время и стал спасением для экономических властей многих стран. Мировая экономика и без всякого коронавируса должна была уйти в рецессию и по всем показателям уже уходила в нее. Даже директор обычно оптимистичного МВФ говорила о том, что мировой экономике угрожает депрессия.

А теперь стагнацию можно списать на коронавирус, объяснить им неэффективность денежно-кредитной политики центробанков по всему миру, которые с 2008 года бесконтрольно накачивали рынки деньгами. Это и надутые кредитные пузыри, и огромные долги, которые были навешаны на государства мира, и отсутствие реального экономического роста. Все это нужно было как-то объяснять, и сейчас в связи с коронавирусом объяснить все это будет легче.

«СП»: — То есть эпидемией объяснят будущую глобальную рецессию?

— Не хочу сказать, что кто-то специально вызвал эту эпидемию. Просто все ждали какого-то повода, чтобы свалить на него весь накопившийся негатив, и таким поводом стал удачно подвернувшийся коронавирус. Хотя я считаю, что экономика и так бы упала.

Тот же Дональд Трамп просто изнасиловал рынки, чтобы поддерживать чудовищно высокие показатели американских индексов, которые явно не соответствуют реальности. Они сохраняют ликвидность за счет накачки деньгами, и будут поддерживать такую ситуацию до выборов.

Большая накачка происходила и в Китае, да и Европа с Японией мало отстают от них. Если бы не эпидемия, пришлось бы признаваться, что все, что делали с 2008 года, было неэффективно и постепенно ведет мировую экономику в безвыходную ситуацию. Даже не к циклическому кризису, когда все падает, а потом снова восстанавливается, а к гораздо более серьезному положению. Такая стагнация может привести к длительным низким темпам роста мировой экономики, чего еще никогда не было. Раньше развитые страны росли низкими темпами, а развивающиеся — высокими. Теперь же, возможно, медленно расти будут все.

Тяжелое состояние мировой экономики, вызванное безответственной политикой последнего десятилетия, удачно легло в основание паники, которая возникла в связи с коронавирусом.

«СП»: — А сама эпидемия представляет угрозу для мировой и российской экономики?

— Конечно, если пандемия действительно серьезная, она нанесет урон мировой экономике. Тем более что она касается Китая. Она вызывает ограничения передвижения людей и поставок товаров. Это затрагивает и тормозит всю мировую экономику, так как Китай является осевой конструкцией.

Но я уверен, что экономика и так была не здорова. Падение началось бы все равно, но сейчас в массовом сознании будет считаться, что все произошло исключительно из-за вируса. Хотя главным вирусом являются центральные банки и международные организации, которые проводили такую денежно-кредитную политику с 2008 года. Коронавирус добавляет проблем, но не является первопричиной.

«СП»: — Реально ли в этом году России выйти на темпы роста в 1,9% ВВП с учетом всех обстоятельств?

— Даже в спокойной ситуации это кажется малореальной цифрой. Не видно, за счет чего может быть достигнут такой рост. Последние несколько лет темпы действительно были несколько лучше, чем ожидалось. Но это происходило исключительно из-за хорошей конъюнктуры на сырьевых рынках. Она была лучше, чем предполагалась, поэтому и темпы роста получились повыше.

Сейчас этот фактор отыгран. Сырьевая конъюнктура в этом году вряд ли будет лучше, чем предполагается. Скорее, если мировая экономика уже сейчас начнет замедляться, она будет хуже прогнозов. Поддержать цены на нефть будет очень сложно. Сейчас с рынка выкинуты и Иран, и Венесуэла, поставки из Ливии и Ирака ограничены, и, тем не менее, цены никак не реагируют на это. Все равно они идут к снижению, несмотря на сокращение предложения. Значит, даже соглашение ОПЕК+ не позволит повысить цены.

Значит, конъюнктура будет ухудшаться, и это не даст России ускорить рост экономики. Нельзя забывать и об эффекте базы. За прошедшие годы результат был не минусовой, поэтому получить в этом году 1,9% почти невозможно. Но теперь есть причина, которой можно объяснить невыполнение показателей. Если рост составит всего 1%, можно будет сказать, что всему виной коронавирус.

«СП»: — Но ведь экономика зависит не только от внешней конъюнктуры, как насчет мер по ускорению экономического роста внутри страны?

— Нужно учитывать и политический фактор. У нас начала активно меняться политическая картина, сменился Кабинет министров. Пока новое правительство начнет работать, пока оно выстроит свой курс, пройдет время. Сейчас обстановка не способствует кардинальным реформам. Предполагать, что именно в этом году будут сделаны принципиальные изменения в экономике, которые кроме сырьевой ренты смогут повысить доходы и обеспечить рост, нет оснований.

Читать еще:  Как определить свой знак зодиака

Скорее всего, сохранится инерция. Темпы роста действительно могли бы быть увеличены внутренними методами. Но вряд ли это возможно в нынешней политической ситуации, по крайней мере, не в ближайшие полгода, сколько займет раскачка нового правительства. Значит, в этом году изменений вряд ли стоит ждать. Если инвестиции и будут сделаны, их эффект будет отложен на более поздний период. На этот год можно надеяться на рост в пределах 1%, 2% — это возможный максимум.

«Мировой экономический кризис грянет в 2020 году и накроет Россию»

Прогнозы экономистов прозвучали пугающе

09.10.2019 в 12:50, просмотров: 257158

В мире ждут очередного экономического кризиса. Он, как предсказывают многие специалисты, наступит в будущем году и по длительности и мощи превзойдет кризис 2008—2009.

Вчера управляющая МВФ заявила о рекордном замедлении роста мировой экономики. Прогноз Всемирного банка говорит о той же тенденции. Мы попытались разобраться в причинах и возможных последствиях нового кризиса для России. Самый жесткий прогноз — резкое падение рубля и рост цен, массовые увольнения и глобальная разбалансировка экономической системы.

«Идеальный шторм» сложится из нескольких объективных факторов. К ним эксперты относят повышение таможенных пошлин США и Китаем в ходе торговой войны, замедление роста глобального ВВП до 0,8%, резкое падение спроса и цен на углеводороды, «пузыри» на крупнейших фондовых рынках.

Новая управляющая Международного валютного фонда Кристалина Георгиева в программной речи заявила о рекордном замедлении роста мировой экономики: «Если произойдет серьезный спад, корпоративный долг, сопряженный с риском дефолта, повысится до 19 триллионов долларов, или почти до 40% совокупного долга в восьми ведущих экономиках. Это превышает уровни, наблюдавшиеся во время финансового кризиса». Особый акцент она делает именно на торговых войнах: «В торговой войне проигрывают все. Для мировой экономики совокупный эффект торговых конфликтов может означать потерю примерно 700 миллиардов долларов к 2020 году».

Нынешний стремительный подъем экономики США чреват биржевым крахом, по масштабу сопоставимым с Великой депрессией 30-х годов прошлого века — и тогда человечеству не избежать затяжной рецессии, предупреждает американский экономист и инвестбанкир Джеймс Рикардс.

Его соотечественник и коллега Нуриэль Рубини по прозвищу Dr. Doom, точно предсказавший драматические события 2008—2009 годов, подбрасывает дровишек в огонь: с тех пор долгов на планете стало только больше, а инструментов для борьбы с этим бременем у развитых государств Запада — меньше. Слишком много денег напечатано центробанками, слишком много активов выкуплено ими у проблемных банков. Новые «смягчения» могут быть опасны.

Кризис назрел еще и в силу циклического развития рыночной экономики: именно двенадцать лет считаются тем классическим средним сроком, что отделяет одну рецессию от другой.

Если прогноз по поводу всемирного кризиса сбудется, волна накроет и Россию. Наша страна, несмотря на декларируемые властями устойчивость экономики и статус «тихой гавани», вновь столкнется с необходимостью обрушить рубль — ради наполнения бюджета. Усилится фискальное давление на бизнес и граждан. Армия бедных получит внушительное пополнение.

В 2009-м падение российского ВВП составило 7,8%, напоминает Центр конъюнктурных исследований ВШЭ, не исключая, что в ближайшие год-полтора страна вновь окажется в яме — прежде всего из-за снижения спроса и цен на нефть и газ.

К тому же выводу приходит рейтинговое агентство АКРА, отмечая: более 20% отечественных поставок за рубеж приходится на прямых участников торговых войн и страны с риском введения протекционистских мер в обозримом будущем. Среднегодовой курс доллара для 2020 года аналитики из АКРА определили в 73,8 рубля.

Российские оптимисты

Вспомним, что в октябре 2018 года премьер Дмитрий Медведев в статье для журнала «Вопросы экономики» воздвиг настоящую концептуальную цитадель, призванную развеять все сомнения в неуязвимости российской экономической системы.

Сегодня у нас устойчивый бездефицитный бюджет и низкий госдолг (особенно в иностранной валюте), а инфляция такова, что обеспечивает макроэкономическую стабильность, отметил глава кабмина. Более того, заявил Медведев, впереди новая цель — создание «прочной основы» для обеспечения устойчивого роста благосостояния как каждого человека и семьи, так и общества в целом.

В российской экспертной среде эта позиция обрела своих сторонников. Наша страна с ее международными резервами, превышающими $500 млрд, «пересидит» любой мировой кризис, считает, например, руководитель ИАЦ «Альпари» Александр Разуваев. Действительно, в 2019 и 2020 годах темпы роста ВВП составят явно невысокие 1–2%, однако на этом негатив и заканчивается, говорит он.

«Резервы государства превышают его долговые обязательства. То есть Кремль может погасить свои долги в один «клик». Бюджет в профиците. Фондовые индексы слабо связаны с уверенностью потребителей. За счет политики умеренно слабого рубля объем несырьевого экспорта достигнет в этом году $140–150 млрд. Завершаются масштабные проекты «Газпрома» — «Северный поток-2», «Сила Сибири», «Турецкий поток». Инфляция по итогам года составит 4,2%, ключевая ставка ЦБ — 6,75%», — перечисляет эксперт составные элементы «охранной грамоты» для России.

Что касается глобальных рисков, то Разуваев называет два. Во-первых, это гипотетический вооруженный конфликт на Ближнем Востоке: c одной стороны США, Саудовская Аравия и их союзники, с другой — Иран, также весьма серьезный противник в военном плане. Исход такого противостояния прогнозировать сложно, но цена нефти легко может превысить $100. Однако Трамп уже заявил, что в отношении Тегерана удовлетворится санкциями.

Во-вторых, это глобальная рецессия, которая обрушит нефтяные котировки и биржевые индексы. Но до президентских выборов в США в ноябре 2020 года обвала, вероятно, не будет: Трампу надо избраться. По мнению собеседника «МК», существует прямая взаимосвязь между недавним снижением базовой ставки ФРС до 1,75–2% годовых (а по кредитам «овернайт» — до 1,7% годовых) и апокалиптическими прогнозами уже на текущую осень со стороны международных финансовых институтов. Судя по всему, резюмирует аналитик, не за горами запуск Штатами новой программы количественного смягчения, размеры которой оцениваются в диапазоне $10–15 трлн. Это значит, мировая экономика опять наводнится ничем не обеспеченными долларами.

Ахилессова пята

У любого кризиса своя внутренняя логика развития. Причинно-следственные связи в экономике удивительно разнообразны и сложны, а конечный результат, как правило, непредсказуем. При этом есть важнейшие и многократно проверенные индикаторы, игнорировать которые невозможно.

Например, в США доходность краткосрочных казначейских облигаций превысила за последние месяцы доходность долгосрочных. В XX и XXI веках этот момент проявлялся несколько раз и практически всегда предвосхищал рецессию. Падение ВВП начиналось минимум через 6, максимум — через 20 месяцев после появления этого предвестника, отмечает Андрей Нечаев, профессор Российского экономического университета им. Плеханова, экс-министр экономики.

«Мировая рецессия надвигается, и подтверждений более чем достаточно — как прямых, так и косвенных, — говорит он. — Темпы роста всех ведущих экономик снижаются, а в Германии этот рост почти нулевой. Ситуация с американскими гособлигациями означает, что в ожидании кризиса инвесторы сбрасывают «короткие» бумаги. Кроме того, никто не отменял циклического характера рыночной экономики: в соответствии с давно сложившимися временными интервалами глобальный спад наступит достаточно скоро».

Читать еще:  Как объяснить собаке что он не прав

Для России, по словам Нечаева, жизненно важно, будет ли этот спад сравнительно непродолжительным или затянется надолго. В первом случае финансовой «подушки безопасности» может хватить, чтобы нивелировать последствия. Во втором — резко обострится проблема наполнения федерального бюджета, параметры которого придется коренным образом пересматривать.

Ахиллесова пята отечественной экономики — ее сырьевой характер. И нет никаких гарантий, что если цены на нефть, газ, металлы резко просядут, правительство не «залезет» в Фонд национального благосостояния (сейчас его объем составляет 8,17 трлн рублей, или $122,8 млрд).

Как показывает опыт предыдущего кризиса, любая государственная кубышка может быть опустошена буквально в считаные месяцы. К концу 2008 года объем Резервного фонда достиг 4,9 трлн рублей, но для стабилизации бюджета, пострадавшего от удешевления марки Brent, из него в последующие два года пришлось потратить более 4,6 трлн.

А ведь еще летом 2008 года, напоминает Нечаев, все официальные экономисты, включая тогдашнего вице-премьера Алексея Кудрина, уверяли, что Россия будет островом стабильности в бушующем финансовом море Запада и что нам ничто не грозит. В итоге падение ключевых макроэкономических показателей оказалось намного более серьезным, чем в Европе, США, Китае: накануне кризиса бюджет имел профицит в 1,8 трлн рублей, а год спустя — дефицит в 2,3 трлн рублей; рост ВВП в 2008-м составил 5,6%, а в 2009-м экономика рухнула на 7,8% (!). Вместе с ней рухнули и надежды на становление классического среднего класса, на снижение уровня бедности, на рост инвестиций в образование, здравоохранение и человеческий капитал.

С 2013 года реальные доходы населения падают, хотя в прошлом году Росстат их искусственно «натянул» до нулевой отметки. Население от всего этого смертельно устало, и, предполагает Нечаев, если страна впадет в очередной кризис, не исключены социальные потрясения.

«Массовые увольнения и рост цен»

В ближайшие год-два планетарного финансового коллапса едва ли удастся избежать, считает доктор экономических наук Игорь Николаев. И дело не только в том, что подошел срок: с начала 1960-х в мире было семь экономических кризисов, происходивших с интервалом в семь-десять лет. Главное, что сформировались «пузыри», накопилась критическая масса быстрорастущих рисковых долгов.

Если посмотреть на фондовый рынок США, на отношение общей капитализации к ВВП, эти показатели сегодня примерно на том же уровне, что в 2008 году. Капитализация выросла достаточно существенно. Да, попытки избежать схлопывания предпринимаются, но потенциал таких эффективных и испытанных инструментов, как количественное смягчение, как снижение ставки ФРС, в целом уже исчерпан. Что касается России, ее положение усугубляется рядом факторов, которых 11 лет назад страна не знала.

«Прежде всего это санкции, из-за которых наши крупные компании лишились доступа к западным рынкам капитала и теперь не могут перекредитовываться. Также это невысокие цены на нефть, низкие темпы роста ВВП, падающие доходы населения, которые прежде росли по 10–15% в год. Люди массово залезли в кредиты, им еще отдавать и отдавать долги», — перечисляет Николаев.

При этом неизменной остается структура российской экономики, давно и полностью себя изжившая. Все нынешние нефте- и газопроводы представляются эксперту неким шатким скелетом устаревшей модели. Чтобы их чем-то заполнять, надо постоянно разрабатывать новые, все более труднодоступные месторождения, тратить колоссальные деньги, брать для этого новые кредиты. Но что дальше с этими трубами делать?

Весь мир переходит на альтернативные источники энергии, на экологически чистые возобновляемые ресурсы. Спрос на углеводороды неумолимо снижается, рассуждает собеседник «МК». При этом, по его словам, утверждения властей, что рубль «отвязался от нефти» благодаря бюджетному правилу и цене отсечения в $41,6 за баррель, справедливы не в полной мере. Конечно, сегодня национальная валюта не так сильно реагирует на колебания на топливном рынке, как раньше, но если цена на нефть надолго упадет ниже $40, рубль уже ничто не спасет. И если мы войдем в рецессию, то застрянем там надолго. Не стоит переоценивать такие факторы, как низкий госдолг (около 16 трлн рублей) и крупные золотовалютные резервы РФ ($532,6 млрд).

«Да, хорошо, что эта «соломка» есть. Но, чтобы поддержать национальную финансовую систему, Центробанку вновь придется распродавать валюту в больших количествах. А людей ждут задержки и замораживание зарплат, массовые увольнения, взрывной рост потребительских цен», — предупреждает Игорь Николаев.

Все улетит в тартарары

Судя по всему, последствия ожидаемого кризиса будут во многом сходны с теми, что принес России предыдущий финансовый тайфун.

Кроме удешевления основной экспортной продукции это еще и резкий спад промышленного производства. Это неминуемая девальвация рубля: для сравнения с ноября 2008-го по январь 2009-го его курс ослаб по отношению к доллару на 20%.

Продолжительное падение цены на нефть приведет среди прочего к разбалансировке бюджетной системы и снижению инвестиций. А все то, что правительство представляет как свои неоспоримые достижения — профицитный бюджет, низкая инфляция, мощный неприкосновенный ФНБ, — все улетит в тартараты, уверяет директор Института актуальной экономики Никита Исаев.

«Ничего другого, кроме как обрушить рубль ради наполнения скудеющей госказны, наши монетарные власти не придумают. Будут обваливать, как делали это в декабре 2014 года, когда нефть просела за год со $107 до $57. Или как в декабре 2015-го, когда Brent стоил уже $37.

Бремя преодоления кризиса государство переложит на плечи простых граждан и на малый бизнес. Нас ждет дальнейшее ухудшение качества жизни и усиление налоговой нагрузки», — рассуждает аналитик.

У противников этой точки зрения, отстаивающих официальный взгляд на текущее состояние и перспективы отечественной экономики, есть еще один довод в свою пользу. Он заключается в том, что сегодня из-за санкций и внутренней стратегии импортозамещения Россия не столь тесно интегрирована в международное разделение труда и производственные цепочки, как в 2008 году.

Да, это так, однако об экономической самодостаточности нашей страны говорить не приходится. Россия по-прежнему зависит от внешних поставщиков. Если, скажем, в сельском хозяйстве мы чуть-чуть импортозаместились, то в сфере технологий это остается задачей на десятилетия вперед, напоминает профессор НИУ ВШЭ Алексей Портанский.

По его словам, той же текстильной промышленности остро не хватает новейшего импортного оборудования, закупки которого обходятся в сотни миллионов долларов ежегодно. А глобальная рецессия окончательно развеет миф о России как о «тихой гавани». Кстати, сообщил Портанский, на недавней презентации в Москве ежегодного доклада Конференции ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД), тема мирового кризиса буквально висела в воздухе и звучала в дискуссиях.

Так, значит, кризису точно быть? Вообще предугадывать и обосновывать такого рода вещи — дело в высшей степени неблагодарное. Спровоцировать катаклизм может любой, внешне ничтожный и абсолютно случайный фактор — хоть геополитический, хоть чисто финансовый. Откуда именно прилетит этот «черный лебедь» (термин, введенный в международный обиход американским экономистом Насимом Талебом для обозначения редких и неожиданных событий со значительными последствиями), сейчас не знает никто.

Источники:

http://tsargrad.tv/articles/realnaja-jekonomika-rossii-recessija-padenie-dohodov-rost-nalogov_154928
http://svpressa.ru/economy/article/256188/
http://www.mk.ru/economics/2019/10/09/mirovoy-ekonomicheskiy-krizis-gryanet-v-2020-godu-i-nakroet-rossiyu.html

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector